Тонкая пленка воды работает почти как точный оптический прибор. Не потому, что лужа будто бы притворяется стеклом. Просто свету нет дела до наших ярлыков: на границе воздуха и воды он ведет себя по геометрии, и этого уже достаточно.
С виду — фокус. На деле все жестко и просто. Лучи, уходящие от фургона, летят по воздуху по прямой, доходят до поверхности воды и отражаются по обычному правилу: угол падения равен углу отражения, если считать от перпендикуляра к поверхности. Когда вода ровная, эти перпендикуляры везде направлены одинаково. Поэтому отраженные лучи расходятся так, будто пришли от второго фургона, расположенного симметрично ниже уровня дороги. Глаз и мозг без всяких усилий принимают этот мнимый объект за настоящего двойника.
Глубина тут почти ни при чем. Отражение возникает на самой границе, а не где-то в толще воды, так что хватает даже нескольких миллиметров. Только если свет проходит внутрь, начинает работать преломление и траектория меняется уже в воде. Но у ярко освещенной закатной стороны фургона главную роль все равно играет зеркальное отражение с поверхности — если лужа спокойная и гладкая. Рябь сразу ломает картинку, потому что сбивает направление этих перпендикуляров. Поэтому называть лужу зеркалом не совсем точно: у стеклянного зеркала есть металлический слой, а здесь — отражение на жидкой границе, без покрытия, без нужной толщины, да еще и с постоянной микроподвижностью. И все же правило одно и то же: прямой ход света, ровная поверхность — и под дорогой появляется фургон, которого там никогда не было.
