Небольшая стайка вырвавшихся на свободу хомяков способна сорвать взлет лайнера, даже если их общий вес ничтожен по сравнению с пассажирами и багажом. В расчетах по безопасности полетов важен не столько общий вес, сколько то, куда может переместиться подвижный груз и с какой скоростью это произойдет, когда двигатели выводятся на тягу, а вибрации усиливаются.
Регуляторы выстраивают правила, опираясь на наихудшие сценарии и вероятностную оценку риска, а не на бытовое представление о размере или милоте животных. Пара-тройка десятков зверьков, бегущих где попало, может сбиться под педали руля направления, заклинить узел триммирования закрылков или перегрызть проводку, по которой идут критически важные сигналы управления. В отличие от пристегнутого багажа, такие животные ведут себя как самодвижущиеся снаряды внутри замкнутого герметичного объема. Это нарушает требования по удержанию любых масс в районе органов управления: каждый незакрепленный объект рассматривается как потенциальная точка единичного отказа, даже если по весу он гораздо меньше одного чемодана.
Экипаж салона и пилоты связаны чек-листами и стандартными процедурами, которые превращают эти абстрактные модели риска в жесткие практические критерии. Сообщение о незакрепленных животных в салоне или багажном отсеке автоматически требует прервать разбег, чтобы наземные службы вернули самолету сертифицированную конфигурацию: животных посадили в переноски, груз зафиксировали, системы осмотрели. Стоимость сжигаемого топлива, рабочего времени экипажа и задержанных пересадок в эти пороги безопасности не закладывается: правила пишут так, чтобы маловероятная опасность вообще не успела встретиться с режимами полного взлётного thrust и отрыва.
