Читаю про частную Фудзи и прям цепляет: священная гора, а по факту аренда, согласования, страховки, уступки. Я, честно, обожаю, когда миф сталкивается с юристами: символ страны вдруг зависит от религиозной организации, а не от «государственной воли». Это одновременно и иронично, и по‑японски логично, да и показывает, насколько сложнее реальность, чем любой туристический плакат
Гора Фудзи, знакомая по открыткам и туристическим плакатам, стоит в основном на землях, которые не относятся к государственной собственности. Практически вся верхняя часть и основные тропы проходят по участкам, принадлежащим частной религиозной организации. Государственные ведомства работают там не как полноправные владельцы, а на основе долгосрочной аренды.
Из‑за этого национальный парк регулирует потоки туристов, правила безопасности и планы по охране природы в рамках схемы, больше похожей на концессионное соглашение, чем на прямое суверенное управление. Зонирование территории, уход за популярными маршрутами и размещение инфраструктуры требуют постоянного согласования с религиозным собственником, который сохраняет за собой юридическое право собственности, даже если повседневный контроль осуществляют госструктуры.
Такая система подчеркивает многоуровневый характер прав собственности на объект, который воспринимается как общенациональный символ. Она же определяет, как согласуются размеры сборов с посетителей, ответственность по страховым случаям и оценка воздействия на природу, превращая каждый сезон восхождений в практический опыт совместного управления самой узнаваемой вершиной Японии.