Сегодня словом «планета» обозначают всего восемь тел, хотя Солнечная система переполнена тысячами округлых, покрытых льдом или каменистых миров. Причина ограничения не в эмоциях, а в орбитальной динамике и в необходимости устойчивой системы наименований, когда телескопы начали выявлять неожиданно обильный рой подобных объектов.
В ранних учебниках каждый крупный объект, от Цереры до Плутона, автоматически записывали в планеты. Но по мере того как детальные обзоры раскрывали строение пояса Койпира и главного пояса астероидов, астрономы обнаруживали целые семейства тел сопоставимой массы и состава. Если бы каждое из них признали планетой, их число росло бы без естественного предела, а сама классификация из чёткого инструмента превратилась бы в нарастающий хаос.
Чтобы остановить эту инфляцию, Международный астрономический союз ввёл определение, основанное на гидростатическом равновесии и «очистке» орбиты. Планета должна быть достаточно массивной, чтобы стать почти шаром под действием собственной гравитации, и при этом доминировать в своей орбитальной области, рассеивая или поглощая соседние тела. Объекты, которые имеют правильную форму, но не очищают своё окрестное пространство, такие как Плутон, были отнесены к карликовым планетам. Так удалось сохранить стройную таксономию и одновременно подчеркнуть общую физику, которая связывает все эти миры.
