Лед, песок и лес на Алтае буквально умещаются в одном взгляде, и климатологи относятся к этому району как к вскрытой плате планеты. В узком горном коридоре ледники, высокогорная тундра, таежный лес и пустыня выстраиваются вдоль единого климатического градиента, превращая процессы, обычно разбросанные по целым континентам, в маршрут, который можно просто пройти пешком.
Такое устройство задают рельеф и циркуляция атмосферы. Влажные воздушные массы поднимаются по высоким хребтам, остывают и пополняют снежные запасы на ледниках. Ниже по склонам, по мере роста температуры и потенциального испарения, сменяются пояса растительности: от тундры к сомкнутой тайге и дальше к засушливой пустыне — все это работает на одном непрерывном водном цикле. Алтай превращает учебниковые схемы про энергетический баланс и рост энтропии в наглядный разрез, растянутый всего на несколько десятков километров.
Поскольку все четыре экосистемы питаются одними и теми же источниками влаги и подчиняются одним и тем же ветровым полям, исследователи могут отследить путь одной снежинки: как она выпала на ледник, вернулась в виде речного стока в лесу и стала частью пылевого шлейфа из пустыни. Это общее климатическое управление позволяет гораздо чище выделять обратные связи — от изменения альбедо ледников до углеродного обмена в почвах тайги, — и делает Алтай непропорционально важной лабораторией для проверки климатических моделей реальностью.
