Лапы пингвина стоят прямо на льду, а температура его тела держится почти на уровне человеческой. Секрет не в чуде, а в «сантехнике» сосудов. Кровь, которая спускается к лапам, идёт по артериям, плотно прижатым к венам, по которым остывшая кровь возвращается обратно. Пока тёплая артериальная кровь течёт вниз, она отдаёт тепло более холодной венозной крови, и та уже подогретой идёт к телу. Это классический противоточный теплообмен: тепло не уходит в лёд, а как будто многократно прокручивается внутри ноги.
Благодаря такой схеме организм получает венозную кровь, уже подогретую по пути, а сами лапы остаются всего чуть теплее точки замерзания. Разница температур с льдом маленькая, значит, меньше и потери тепла. Гладкая мышца в стенках сосудов ноги может сжиматься, перекрывая приток крови к периферии и уменьшая теплопотери, а затем расслабляться, когда тканям грозит местное переохлаждение. Этот баланс между сужением сосудов и контролируемым кровотоком лежит в основе всей терморегуляции птицы и не даёт её основному обмену «взлететь» до изнурительных значений.
Жир и плотное оперение надёжно утепляют тело, но голые лапы опираются в основном на эту микрососудистую архитектуру и на минимум мягких тканей, которые спокойно переносят низкие температуры. Тонкий слой соединительной ткани, уменьшенная площадь поверхности и непрерывное, но «задушенное» кровообращение позволяют пингвинам уверенно стоять на льду, сохранять кровь жидкой и при этом держать температуру тела на уровне человека в отапливаемом помещении.
