Тело рептилии, созданное для стремительного бега по земле, постепенно превратилось в живой механизм для активного полёта. Ископаемые остатки показывают, как у небольших теропод шаг за шагом накапливались изменения: сначала появлялись простые нитевидные структуры, затем сложные разветвлённые перья, а в итоге — асимметричные опахала, уже способные создавать подъёмную силу.
Перья изначально вовсе не служили для полёта. Всё указывает на то, что сперва они помогали удерживать тепло и привлекать внимание сородичей, пока животные ещё жили с типичным для рептилий обменом веществ. Со временем базовый уровень метаболизма рос, дыхательная система становилась эффективнее, тело превращалось в постоянную «печь», способную оплачивать колоссальные энергетические расходы махового полёта и радикально менять расстановку сил между хищниками и добычей.
Изменился и смысл бега с прыжками. Длинные, покрытые перьями передние конечности сначала работали как стабилизаторы и «тормозные щиты», а затем начали давать заметную подъёмную силу, по мере того как снижалась нагрузка на крыло и расширялись зоны крепления мышц. В этой поэтапной перестройке каждый небольшой выигрыш в управляемости, снижении лобового сопротивления и тяге давал новый эффект, пока потомки наземных рептилий уже не просто подпрыгивали — они оставались в воздухе.
